Академия

Мальчик в девчачьей одежде

Мальчик как девочка

На следующий после дня рождения день выполнив несколько поручений мамы я пошел не домой где мне было делать особо нечего, а к Оле, куда стремился всей душой. Дело в том что я очень хотел снова пережить те приятные ощущения, какие я испытывал когда был в одежде девочки. Именно тогда я был абсолютно счастлив. Я даже не подумал, что дверь может открыть отец Оли и тогда не избежать бы неприятностей не только Оле, но и мне и нажал кнопку звонка. Но открыла Оля. Сначала из двери показалось её прекрасное личико, а потом вышла она сама. Передо мной предстала настоящая принцесса из сказки в виде Оли. На этот раз она была одета во всё розовое: на ней было короткое розовое шелковое платье на ногах были капроновые розовые колготки, а также розовые туфли на высоком каблуке-шпильке отчего она была выше меня. На руках были маленькие прозрачные перчатки и тоже розовые. Образ принцессы прекрасно дополняла розовая диадема вплетённая в волосы. А сзади с головы ниспадала розовая прозрачная ткань, доходящая до края платья и полностью покрывающая её длинные волосы. А на лице тоже было много розового: так губы были накрашены розовой помадой а веки были покрыты розовыми тенями. Вобщем сегодня она выглядела красивее чем вчера в свой день рождения. Увидев её такую прекрасную я застыл, открыв рот (представляю как смешно я выглядел тогда) и не мог выговорить ни слова несколько минут. Устав ждать пока я скажу хоть слово Оля сама спросила меня: «Что тебе надо?» «Ты это куда собралась такая красивая?» спросил я её в свою очередь наконец очнувшись от онемения произведенного её красотой. «Никуда. Это моя домашняя одежда. Люблю красиво одеваться дома» с улыбкой сказала Оля. «Пошли гулять.» предложил я. «Мне же нельзя общаться с мальчиками. Забыл что ли?» «А ты переодень меня в девочку как вчера.» снова предложил я. Тогда Оля взяла меня за руку и буквально втащила в квартиру. «А ты этого хочешь?» спросила Оля закрывая за мной дверь. «О-о-чень.» протянул я. «Тогда проходи.» Как только я вошел в её комнату Оля спросила меня: «А ты меня любишь?» Я не знал как ответить на такой неожиданный вопрос поэтому сказал: «Ну да. Ты нравишься мне.» «Хочешь меня… поцеловать?» был следующий её вопрос. «Хочу.» сказал я глядя на её прекрасное личико и не менее красивые розовые блестящие губки. Я действительно хотел покрыть эти губки тысячью поцелуев. «Целуй.» сказала Оля, подставив свои губы для поцелуя. Но боясь нарушить её красивый макияж, я лишь осторожно прикоснулся к ним. «Разве это поцелуй? Вот поцелуй.» сказала Оля обняв меня и поцеловала настоящим взрослым поцелуем взасос. От этого поцелуя у меня душа ушла в пятки а стук сердца казалось был слышен по всему телу. И было отчего: ведь целовала меня самая прекрасная девочка в мире — кому скажи — не поверят. Закончив целовать мои губы она отошла от меня со словами: «Остальное потом.» и подойдя к зеркалу начала поправлять сбившийся от поцелуя макияж. Я не понял что значит «остальное» но не стал спрашивать ибо меня сейчас волновало другое. «Значит ты меня любишь?» спросил я Олю отходя от её поцелуя пока она поправляла свой макияж. «Наивный ты. Стала бы я приглашать тебя вчера и давать тебе свою одежду если бы относилась к тебе по-другому. Подумай сам.» с усмешкой ответила она. «А я думал что тебе было скучно.» «И это тоже.» «А кто тебя научил ТАК целоваться?» перевел я разговор на другую интересующую меня тему. «Мой папа целует меня так когда мы занимаемся с ним приятным.» «Приятным? Это как?» заинтересовался я. «Позже узнаешь . Но сначала надо тебе стать девочкой Алисой. Тебе будет сверхприятно.» сказала она с улыбкой. Так мы беседовали пока Оля наводила красоту своего лица которая сбилась пока она целовала меня в губы. Она сняла перчатки чтобы их не испачкать взяла влажную салфетку и аккуратно вытерла ею свои губы почти не касаясь кожи вокруг них убирая остатки помады которая смазалась во время поцелуя. Затем она накрасила их снова розовой помадой в несколько слоёв. Потом она покрыла губы тонким слоем блеска отчего они очень красиво стали блестеть. Закончив со своим лицом Оля подозвала меня к себе и вытерла и мне губы влажной салфеткой так как и они тоже испачкались помадой при поцелуе. «Сейчас я пойду только вымою руки и начнем одеваться девочкой. А ты раздевайся. Не забудь снять трусы.» с улыбкой сказала мне Оля и вышла из комнаты взяв перчатки. Я по слову Оли снял всё с себя включая трусы и сев на диван стал голый ждать её. Отсутствовала она недолго. Уже через минуту она пришла с надетыми на руки розовыми перчатками и сказав: «Вижу ты готов стать девочкой.» подошла к шкафу и открыла ящик с колготками. При этом она наклонилась и стала видна её голая попа окутанная розовым капроном. Было настолько красиво что мне сразу захотелось её потрогать и я спросил разрешения у Оли это сделать. «Нет. Ещё натрогаешься когда будешь делать мне приятно.» ответила мне Оля. Выбрав мне колготки она их мне показала сказав: «Так ты наденешь вот эти очень тонкие телесные летние колготки. Они подходят к любому платью и в них не бывает жарко даже в 30 градусов жары.» «А где голубые колготки в которых я был вчера?» спросил я её. «Они в стирке.» ответила Оля. Положив колготки около меня она приступила к выбору платья. Она вынула из шкафа несколько платьев и предложила мне выбрать одно из них. В платьях я мало разбирался так что предоставил выбор ей. Она выбрала очень красивое белое шелковое платье. Остальные платья она отнесла обратно в шкаф. При этом Оля вынула из него длинные перчатки такого же цвета что и платье. Только после выбора одежды она подошла ко мне и взяв колготки по-прежнему лежащие около меня (ведь я их не трогал так как не умею их надевать) закатала один из их чулков и присев у моих ног сказала чтобы я вытянул правую ногу как вчера. Как только я это сделал я почувствовал как очень нежная и приятная паутинка телесного капрона очень медленно миллиметр за миллиметром стала окутывать мою ногу делая её невероятно гладкой и красивой. Надев чулок до колена Оля прежде чем закатать другой чулок начала гладить мою ногу видимо разглаживая складки на чулке тем самым создавая мне приятные ощущения от которых я стал часто дышать а мой писун начал увеличиваться. При этом Оля смотрела мне прямо в лицо и вид этого красивого лица создавал ещё более приятные ощущения. Внезапно она перестала гладить мне ногу и взяв другой чулок закатала его и сказала чтобы я вытянул другую ногу. Когда я это сделал то снова почувствовал как и по этой ноге очень медленно миллиметр за миллиметром поползла вверх по ней паутинка телесного капрона делая и её гладкой и красивой. Надев чулок на эту ногу Оля начала гладить и её тем самым создавая мне приятные ощущения от которых мой писун ещё более увеличился и даже встал вертикально вверх. Немного погладив меня по ноге Оля встала и сказала чтобы я донадел колготки. Я встал и натянул колготки на свою голую попу и яички а писун оказался прижат к животу колготками. Да в этих колготках я чувствовал себя почти голым так как их паутинка капрона была очень тонкая. Только при касании я её чувствовал поэтому я стал гладить свои ноги и попу чтобы мне было приятно их носить одновременно разглаживая складки на колготках. «Какие приятные колготки! Я почти не чувствую что они на меня надеты.» сказал я продолжая гладить свои ноги и попу. «Да. Только их надо носить очень осторожно. Малейшая затяжка — и они могут порваться. Поэтому ты должен соблюдать меры предосторожности: не садиться на шершавые поверхности не чесать ногтями то место где чешется.» сказала Оля. «А как я должен чесать его?» спросил я её. «Просто погладь его.» ответила мне она. «Ладно. Дай мне трусы чтобы скрыть его.» попросил я Олю глядя на писун который по-прежнему был прижат колготками к животу и нисколько не уменьшился а наоборот казалось даже увеличился. «А зачем? Вчера мы скрывали его от папы а сегодня уже не от кого. Да и он уменьшится как только ты станешь девочкой.» пообещала Оля с улыбкой. Я согласился с её мнением тем более мне было так удобнее. Тем временем Оля подошла ко мне с платьем и сказала чтобы я поднял руки вверх. Благодаря своему высокому росту (напомню она была на каблуках) Оля легко достала мои вытянутые руки и
шелковая ткань платья проскользнув через них приятно заскользив по моему голому телу опустилась вниз задержавшись на моих плечах тонкими бретельками. Это ощущение опускания платья на тело было настолько приятным что я даже охнул когда оно оказалось на мне. А внутренняя ткань платья была не шелковой а капроновой так что почти всё моё тело было окутано приятной паутинкой капрона. Теперь только плечи и руки оставались голыми. Я хотел было надеть на руки белые перчатки которые Оля дала вместе с платьем но она вдруг передумала и дала мне другие очень прозрачные телесного цвета перчатки более подходящие по цвету к колготкам чем к платью. Но несмотря на это я с удовольствием надел их на этот раз правильно выше локтя (и Оле не пришлось их поправлять) и мои руки окутала приятная паутинка телесного капрона. «Теперь будем делать макияж.» сказала Оля с улыбкой. По предыдущему разу я уже знал что это такое и поэтому спокойно сел у зеркала чтобы она накрасила мне лицо. Ибо только так я мог стать настоящей девочкой Алисой к чему я стремился придя к Оле. Но перед тем как делать макияж Оля сняв перчатки намазала мне всё лицо каким-то кремом от которого стянуло всю кожу моего лица. Я сказал об этом Оле. «Терпи. Скоро пройдёт. Это основа макияжа. Чтобы он лучше держался на лице.» сказала на это Оля. Затем она взяв красный карандаш обвела им контур моих губ. А когда она аккуратно не выходя за обведенную линию покрыла их несколькими слоями розовой губной помады в моем рту распространился сладкий вкус клубники. Мне даже захотелось слизать её но я удержался. Вдобавок Оля покрыла мои губы блеском чтобы они красиво блестели. Закончив с моими губами она стала красить мои глаза тушью едва касаясь их ресниц щеточкой. Сначала верхние потом нижние сначала верхние потом нижние. Мне были приятны эти касания так как с каждым касанием щёточки мой взгляд постепенно приобретал черты красивого взгляда девочки. Я это видел в зеркало. Накрасив ресницы Оля сказала чтобы я закрыл глаза ибо она будет сейчас красить мне веки и когда я это сделал она покрыла их розовыми тенями (под цвет помады) добавив и на них тонкий слой блеска. Под конец макияжа она наложила румяна на мои щёки. А затем она покрыла мне всё лицо пудрой. По мере покрытия ею моего лица постепенно проходила и стянутость его кожи. Осталось надеть на голову парик — и я девочка. Но взяв парик Оля сказала: «У меня идея. Давай прикрепим на него корону чтобы ты была красивой как я.» Не обратив внимания на то что она назвала меня в женском роде я сказал в ответ: «Давай. А она у тебя есть?» и я заметил что голос мой изменился и стал таким же как вчера когда я был девочкой Алисой. «Конечно. Иначе я бы не предложила.» сказала Оля как ни в чём не бывало. «Ну вот опять.» обеспокоенно сказал я. «Что опять?» не поняла Оля. «Голос поменялся.» пояснил я. «Ах это. Значит ты временно стал девочкой.» спокойно объяснила Оля. Меня это не задело а наоборот обрадовало ведь я наконец стал девочкой чего я так сильно желал. И мы стали беседовать пока Оля прикрепляла корону к парику. «Давно хотел…а спросить: ты каждый день делаешь себе такой макияж?» «Нет конечно. В школу я крашу только губы и немного подвожу глаза. А по выходным .и особенно на каникулах мне папа делает полный макияж. Ему нравится такое моё лицо. И мне тоже.» «Как жаль что мальчикам нельзя краситься как девочкам!» воскликнул я. «А ты приходи ко мне каждый день и будешь становится девочкой.» Я с радостью принял предложение Оли. «Ну вот и парик готов.» Оля подошла ко мне и с какой-то торжественностью надела мне на голову парик с короной-диадемой. При этом она шутливо поклонилась мне сказав: «Венчается Принцесса Алиса!» Мне стало очень приятно на душе когда она меня так назвала. Но для принцессы нужны ещё подходящие туфли и Оля дала такие туфли. Правда туфли эти были на высоком каблуке-шпильке и я думал что и шагу не смогу ступить в таких туфлях ведь я никогда не ходил на высоких каблуках. И я хотел было отказаться надеть эти туфли но очень уж хотелось быть похожим на Олю ведь она была в таких же туфлях только розовых. Однако когда я надел на ноги эти белые красивые туфли я был очень удивлен насколько они подошли мне по размеру. А сделав несколько шагов в этих туфлях у меня создалось впечатление будто я ходил всю жизнь в них. После того как Оля закончила со мной она взяв перчатки и сказав: «Сейчас приду.» вышла из комнаты. А я сев у зеркала стал любоваться своим прекрасным лицом. Внезапно мне моё лицо показалось настолько прекрасным что захотелось его поцеловать. И я поцеловал своё отражение прямо в губы. После поцелуя на зеркале остался след от губной помады. Я аккуратно вытер его салфеткой. Тут и Оля пришла а на её руках были розовые перчатки. Я не стал рассказывать о поцелуе зеркала. «Ну что пошли гулять а то до прихода папы остается мало времени.» «А во сколько он обычно приходит?» спросил я глядя на часы. На них было пять часов. «С работы он приходит в семь но иногда и раньше особенно когда мало работы.» сказала Оля тоже глядя на часы. «Ну тогда скорей пошли гулять а то ещё мне надо стать мальчиком.» «Но сначала тебе надо надеть трусы на всякий случай.» сказала Оля улыбнувшись и подмигнув мне. «Ладно давай.» сказал я вздохнув. Она подошла к шкафу и открыла ящик где лежали её трусики. «Так где те трусы подходящие к твоим колготкам. Что-то не могу найти.» размышляла она вслух. Так и не найдя их она дала мне другие белые полупрозрачные из плотного капрона. А Оля взяла точно такие же только розового цвета. «Почему ты вчера ходила без трусов а сегодня надеваешь их?» спросил я Олю. «Во-первых я просто забыла их надеть а во-вторых вчера был мой день рождения и я в этот день могу делать всё что хочу.» ответила мне Оля «А твой папа не разрешает ходить без трусов?» продолжал я спрашивать её. «Только на улице. Дома же ему наоборот нравится когда я хожу в колготках без трусиков. Да и мне тоже. И я их сразу снимаю приходя домой.» ответила она. Так мы разговаривали пока надевали трусы на свои голые промежности в капроне. Когда я поднял подол платья чтобы до конца натянуть трусы на попу мельком взглянув на писун и был удивлен насколько уменьшился он что стал едва заметен через телесный капрон колготок. Я его с легкостью сделал между ног даже не засунув руку под колготки и прижал трусами. Когда я натянул их до предела по примеру Оли они воткнулись мне в попу вместе с нежным и тонким капроном колготок делая мне очень приятно и красиво разделив мои ягодицы на две половинки (хоть под платьем эту красоту не было видно). И вот что странно: между ног у меня была гладкая поверхность как у девочек и не было никакой выпуклости которая обычно бывает когда мальчики надевают такие облегающие вещи а через несколько слоёв капрона не было видно ни писуна ни яичек как я не всматривался в это место. Я показал это Оле. А она тоже показала подняв подол платья свои трусы (у неё тоже кстати не было видно ничего кроме гладкой поверхности розового капрона). «Смотри у меня как и у тебя гладко между ног. Можешь потрогать.» сказала при этом Оля. И мы стали смеясь гладить друг другу наши капроновые промежности. Было очень приятно особенно мне. Однако почувствовав что мой писун начинает твердеть под влиянием приятного трения капрона о него Оля перестала гладить мне промежность недовольно сказав: «Опять ты становишься мальчиком!» «Это как?» спросил я непонимающе хлопая глазами. «Когда мальчику становится приятно у него писун делается твердым и большим.» объяснила Оля. «Лучше я побуду девочкой.» решил я оправляя подол платья. «Прекрасное решение.» одобрила Оля тоже поправляя своё платье. «Ну что тогда пошли гулять.» вздохнув предложил я. «Да но сначала надо спрятать твою прежнюю одежду а то когда папа придет и увидит её будет большой скандал.» сказала Оля и стала прятать её в шкаф. Я смотрел на свою одежду мальчика почти с ненавистью и думал как я носил её когда есть такая красивая и удобная одежда девочки (во всяком случае для меня). Спрятав мою одежду мы наконец вышли из комнаты где я стал девочкой в коридор чтобы пойти гулять как вдруг… раздался звонок в дверь. «Ну вот дождались.» так отреагировала Оля на этот звонок и указала чтобы я быстро скрылся обратно в комнату а сама спросив: «Кто там?» и услышав что это был её отец открыла дверь. Я тут же спрятался в её комнату. Оказалось что её отец пришел не один а с женщиной. После обычных приветствий он сказал: «А я тут пришел с женщиной которую люблю и которая возможно скоро станет моей женой а тебе мамой. Она хочет с тобой познакомится.» «Привет. Меня зовут Елена Владимировна но ты можешь звать меня просто Леной.» сказала эта женщина. Мне её голос напомнил знакомый голос… моей мамы. Я и раньше знал что мама с кем-то встречается но никогда бы не подумал что это был отец Оли. Я мог бы подумать что перепутал её голос с чьим-то другим но нет когда она назвала своё имя все сомнения отпали. Позабыв что я в платье и с накрашенным лицом и мама меня просто не узнает в таком-то виде я выскочил из комнаты в которой прятался как чёрт из табакерки со словами: «Мама что ты здесь делаешь?!» Повисла неловкая пауза. Мама конечно не узнала меня так как помимо всего прочего сказал я это голосом девочки и сделала от удивления круглые глаза. «А кто эта девочка и почему она назвала меня мамой?» спросила моя мама после некоторого замешательства. «Ах это моя подруга Алиса и она просто перепутала ваш голос с голосом своей мамы.» объяснила Оля мою выходку. «У меня есть сын примерно твоего возраста и я хотела познакомить его с тобой но он куда-то запропастился. Я его с утра не видела и уже начинаю беспокоиться.» сказала моя мама. При этих словах мамы мне захотелось сорвать с головы парик и сказать: «Вот он я мама!» Хорошо что я этого не сделал. «Надеюсь с ним всё будет в порядке.» сказал отец Оли обнимая мою маму. «А мне нельзя общаться с мальчиками.» напомнила Оля. «С этим можно.» разрешил её отец. «Совсем забыла. Слышала что вчера у тебя был день рождения и у меня есть подарок для тебя. Я хотела придти ещё вчера но работы было много.» сказала моя мама вынимая из пакета куклу. «Спасибо.» сказала Оля принимая подарок и делая реверанс. Было очень красиво. «А кто хочет тортик?» спросил отец Оли вынимая из пакета который он держал в руке торт и показывая его нам. «Я я» почти одновременно крикнули мы (дети) хлопая в ладоши. И мы пошли в зал где стоял большой стол накрытый красивой скатертью. Отец Оли поставил торт в центр стола а сам пошел на кухню готовить чай. А мы (я Оля и моя мама) остались в зале сев на диван. «У тебя очень красивое платье. Ты наверное знала что я приду и оделась так красиво и даже накрасила себе лицо. Очень красиво! А твой папа сказал что мой приход для тебя будет сюрпризом.» сказала моя мама обращаясь к Оле. «Нет это моя домашняя одежда. Мне нравится так ходить. А макияж делает мне мой отец каждый день на каникулах по выходным и на праздниках. Ему нравится такое моё лицо. Да и мне тоже.» почти слово в слово повторила Оля то что она сказала мне про свой макияж. И ещё она добавила: «А ваш приход действительно был для нас сюрпризом. Мы только собрались идти гулять и тут вы пришли.» «Вижу и на твоей подруге красивое платье. А кто сделал ей макияж? Неужели твой отец?» спросила Олю моя мама. «Нет это моя работа. Она одета во всё моё. Её мама одевает её как мальчика. У ней нет ни платьев ни колготок. Одни штаны да футболки. В школу она носит одни брючные костюмы. Вот она и приходит ко мне чтобы почувствовать себя девочкой.» сказала Оля про меня. «Плохо. Ведь отличительный признак девочек как раз платья и колготки особенно капроновые.» отреагировала на это моя мама. Она хотела ещё добавить что-то но тут пришел отец Оли с подносом на котором стоял красивый чайный сервиз. Поставив его на стол он сказал: «Девочки! Садитесь за стол. Чай готов.» И мы сели за стол. А он достав из серванта четыре тарелки разрезал торт тоже на четыре части и положил их нам на тарелки. Затем он разлил чай по чашкам. Во время чаепития моя мама пыталась поймать мой взгляд. Наконец она его поймала и как бы между прочим сказала: «Странно! Взгляд этой девочки напоминает взгляд моего сына.» «Это моя мама.» шепнул я на ухо Оле. «Знаю.» сказала она тоже шепотом. «Откуда?» удивился я. «У нас в школе есть фотогалерея «Наши ученики и их родители» и там есть фотография твоей мамы вместе с тобой. Сначала мне её лицо показалось знакомым но после твоей выходки я вспомнила где я её видела. А после того как она рассказала о своём сыне и то как ты смотрела на неё у меня не осталось сомнений кто она.» рассказала Оля о том как она узнала что эта женщина моя мама. «Понятно.» «Тогда может пойдем переоденемся в мальчика чтобы успокоить твою маму. Тем более мой отец разрешил мне общаться с тобой как с мальчиком и тебе больше не надо становиться девочкой для этого.» предложила мне Оля. «А стоит ли.» сомневался я. «Конечно стоит. Ты посмотри на свою маму: она не находит себе места. Вот-вот вскачет и побежит тебя искать когда ты тут.» «Девочки что вы там шепчитесь?» спросил отец Оли нас. «Готовим вам сюрприз.» сказала Оля нашим родителям. «Какой? Можно узнать?» спрашивала уже моя мама. «Нет. Сюрприз не будет сюрпризом если будешь знать его заранее. Могу только сказать что он связан с вами и что он хороший. А теперь прошу разрешения покинуть вас для подготовки сюрприза.» обратилась Оля к своему отцу. «Ладно идите.» разрешил он. «Мы быстро.» сказала Оля выходя из зала со мной. И всё-таки я сомневался стоит ли мне становиться мальчиком даже ради спокойствия мамы. Дело в том что я не был уверен что мама разрешит мне хоть иногда одевать одежду девочки к которой я уже успел привыкнуть за эти два дня. Я сказал об этом Оле. На это Оля сказала: «Ну не людоед же она. Всякая мать хочет чтобы её ребенок одевался красиво. Ты должен просто сказать что ты любишь одевать красивую одежду девочки и я уверена что она купит тебе её. Тем более она уже видела тебя в этой одежде и ей очень понравилось то как ты в ней выглядишь. И она осудила ту женщину которая одевает свою дочь как мальчика.» «Да но сказано это было для девочки Алисы.» возразил я. «А Алиса — это ты.» напомнила Оля. «Значит она осудила себя.» сделал вывод я. Оля утвердительно покачала головой. Только после этого я стал медленно снимать перчатки успевшие стать как бы моей второй кожей. Мне было жаль расставаться с этой приятной капроновой «кожей» на своих руках. Сняв перчатки я снял с ног туфли. А подняв подол платья я снял трусы. Всё это Оля положила на свои места. Затем я сел на стул у зеркала а она сняв перчатки со своих рук взяла круглый тампон обмакнула его в жидкость для снятия макияжа и смыла его с моего лица. Для этого ей понадобился не один тампон а целых четыре ибо много было макияжа на моём лице. Потом Оля сняла с моей головы парик. Настала очередь колготок которые я осторожно снял с голой попы подняв подол платья а Оля также осторожно сняла их с моих ног. Осталось снять платье. Оля сняла бретельки с моих плеч и расстегнула «молнию» на моей спине и платье само соскользнуло с моего голого тела приятно шурша шелком упало на пол. Я перешагнул через платье а Оля подобрав его с полу расправила и повесила на плечики в шкаф. Раздевание прошло почти без слов так как мне было грустно от того что я снимаю такую красивую и приятную одежду и неизвестно ещё одену ли я её когда-либо или нет (хотелось даже плакать). А когда я одел одежду в которой я пришел сюда тут я не выдержал и из моих глаз брызнули слёзы. Увидев это Оля принялась успокаивать меня. «Что случилось?» участливо спросила она меня. «Не хочу быть мальчиком.» ответил я ей уже плача. «А кем же ты хочешь быть?» «Алисой.» полушепотом сказал я боясь расплакаться ещё больше. «И ты ею будешь.» уверенно сказала Оля. «Как если у меня дома нет одежды девочки?» возразил я ей понемногу начав успокаиваться настолько подействовал на меня её уверенный тон. «И она у тебя будет. Ты должен попросить маму купить её и я уверена что она купит тебе и платья и колготки.» ещё увереннее сказала Оля. «А если не купит?» неуверенно спросил я однако уже перестав плакать и вытирая слёзы. Оля дала мне салфетку чтобы я вытер их. «Ты же сам видел как ей понравилось когда ты был девочкой и она обязательно захочет тебя одеть как девочку.» сказала Оля. «А если нас разлучат после этого?» спросил я Олю окончательно успокоившись но по-прежнему неуверенно. «Наши родители собрались поженится и мы в любом случае будем жить вместе.» объяснила мне ситуацию Оля. Потом она спросила меня: «Ты меня любишь?» Единственное в чём я был уверен сейчас — так это в любви к ней. «Да» твёрдо сказал я. Тогда Оля приблизила своё лицо к моему и нежно поцеловав меня в губы так же нежно полушёпотом сказала: «И я тебя тоже люблю. Не бойся ничего. Я с тобой.» Эти слова придали мне столько уверенности что я уже готов был идти в любой бой ничего не боясь. После этого Оля сказала: «Пошли к нашим родителям а то они уже заждались нас.» «Я готов.» с полной уверенностью сказал я. И мы вышли из комнаты держась за руки. На полпути до зала Оля остановилась и шепнув: «Сейчас я подготовлю их а ты подходи ко мне по знаку.» и отошла от меня. «Ну наконец. Говорили не долго а сами…» был слышен недовольный голос отца Оли. «Сюрприз готов! Прошу закрыть глаза и не открывайте их пока не скажу.» сказала Оля и сделала мне знак чтобы я подошел и взяв меня за руку произнесла: «Мы одноклассники и мы любим друг друга!» Увидев меня моя мама чуть со стула не упав воскликнула: «Сынок! Откуда ты взялся?» А Оля подойдя к своему отцу и сев ему на руки стала что-то быстро-быстро шептать ему на ухо. Моя же мама подошла ко мне и стала щупать меня как будто не веря своим глазам что это я стою перед ней. «Алису помнишь?» спросил я отвечая на её первый вопрос. «Так ты был той красивой девочкой?» удивилась мама. Я утвердительно покачал головой.»И тебе нравится носить платья и колготки?» ещё спросила меня мама. «Да.» сказал я настолько твёрдо насколько смог. «Хорошо я куплю тебе всё что нужно девочке и буду сама наряжать тебя девочкой когда захочешь. Тем более из тебя выходит такая красивая девочка.» сказала мама. Эти слова мамы были мне настолько приятны что я обнял её и поцеловал в щёчку сказав: «Спасибо мамочка!» Я не знал что шептала Оля своему отцу зато своё решение он объявил во всеуслышание: «Было бы хуже если бы ты привела в дом незнакомого мальчика с улицы. А так если он твой одноклассник и сын моей будущей жены — тут он посмотрел на мою маму — ты можешь общаться и любить его. Но на первых порах пусть он одевается как девочка чтобы у тебя не возникало соблазна одеваться как мальчик.» «А у меня и не возникало.» сказала Оля. «Надеюсь и не возникнет.» ответил на это отец Оли. И мы продолжили наш праздник знакомства. Продолжение следует

интересный вопрос….я тоже против того, чтобы мальчики носили девчачьи вещи..я тут очень интересную статью нашла….

История одежды для мальчиков на Руси

Долгое время на Руси не было разграничений в одежде для детей. Родители их одевали так, как считали нужным. Доходило порой до того, что мальчиков до 5 — 6 лет наряжали в . А с учетом того, что их иногда и не стригли, то трудно было определить, кто перед вами: девочка или все-таки мальчик.

Наверное, истоки того, почему не было среди детей полового разграничения, кроются в веках, когда все воспитание было подчинено христианским устоям. О половом воспитании в те времена не говорили. Подобные разговоры были запрещены вплоть до старшего школьного возраста. Поэтому и не было никакого разграничений в одежде для детей: одинаковые фасоны,отделки, ткани. Вот и ходили мальчики в платьицах, отделанных кружевами, воланами и оборками, а в торжественных случаях облачались в белые чулки и . Кстати, история этих туфелек началась с 70-х годов XIX века и их создателем стал мастер Пине. Отсюда и название — пинетки. Их делали из замши лайки, опойка. Чуть позже мальчиков стали обувать в сапожки из лучших сортов кожи, которые позволяли полностью облегать детскую ножку.

XIX век — век преобразований в индустрии детской одежды. Все чаще на семейных портретах можно увидеть детей в матросках. Появились матроски и стали приобретать популярность в Англии. Такая одежда красноречиво свидетельствовала о морской мощи этой страны. Введенная в качестве униформы в школах, где учили будущих моряков, матроска вскоре стала любимой одеждой родителей, которые наряжали в нее своих чад.

Постепенно зарубежная мода начинала входить и в русские дома. Однако долгое время и у нас не было такого понятия, как детская одежда. В XIX веке с определенного возраста детей обряжали в такие же тяжелые наряды, какие носили взрослые.

Особой форме нарядов наших детей мы обязаны Жан Жаку Руссо, который восстал во Франции против тяжелой одежды, в которую облачали детей постарше, и возглавил крестовый поход по созданию легкой и целебной одежды для подрастающего поколения. Его последовательница Элизабет-Луиз Виже Лебрен решила провести эту революцию в России. Благодаря ей уже к первой четверти XIX века русские дети дворян щеголяли в матросках. Такая одежда соответствовала понятиям о здоровье. Она была легка, не сковывала движения, а белые и синие тона соответствовали моде тех веков. Мальчики носили такую одежду с трех лет и до юношеского возраста. Девочки тоже носили матроски, только, в отличие от ребят, для женского пола были продуманы наряды белого цвета.

для детей шили из хлопковых тканей исключительно белого цвета. Считалось, что цветные ткани наносят здоровью вред. Даже с изобретением швейной машинки, когда одежда для взрослых началась строчиться и лишь мелкие детали обрабатывались вручную, одежда для детей все еще делалась по-старинке. Нижнее белье для мальчиков состояло из рубашки, которая была длиной либо до щиколоток (такую рубашку называли ночной), либо до бедер (дневная рубашка). Сверху рубашки надевали лифчик — короткая маечка, имеющая сзади пуговицы и ленты для закрепления чулок.

Пуговицы на одежде делали мягкими, для чего их обшивали тканью. Декоративные пуговицы были допустимы лишь на выходной одежде. Панталоны для мальчиков мало чем отличались в крое от панталон девочек. Штанины пришивались к поясу-кокетке, который держался на пуговицах или тесемке. По внутренней стороне бедер швы не зашивались. И на концах штанин обязательно были оборочки.

В дореволюционной России было выработано уважительное отношение к униформе. Детская одежда для учащихся гимназий, школ, училищ была на детях не только в период учения. Это была чуть ли не выходная одежда. В ней ходили в театр, на приемы, в гости. Конечно, такая одежда была доступна лишь детям дворянских семей, а также ребятам из купеческой, мещанской среде, детям интеллигенции и разночинцев. русских крестьян была совсем иной, хотя и на него повлиял процесс урбанизации.

Конец 40-годов XIX века позволил детям крестьян отличаться от своих родителей в плане одежды. Мальчиков обряжали в трубкообразные штаны и длиннополый сюртук, который был отделан шнуром. Из военной формы перешла в повседневную одежду шапка с козырьком. Окончательно детская одежда сформировалась в концу XIX века. Была разработана одежда для детей для купания, для занятий гимнастикой, для игры в теннис.

В последствии появилось разделение одежды на и для девочек. Однако до сих пор одежда для детей раннего возраста мало чем отличается друг от друга. Единственное разграничение — это цветовая гамма. Но ведь редко встретишь семью, где есть только розовые или голубые вещи. Таким образом появляется одежда для детей обоего пола. Но уже в период после года на мальчика надеваются наряды, предназначенные для малышей мужского пола. Все это нужно для того, чтобы произошло осознание ребенком его принадлежности к тому или иному полу.

и вот еще…

Одежда для мальчиков должна быть именно такой!

Одежда. Стоит зайти в магазин, как глаза разбегаются. Что только не предлагают современные изготовители: , , . Ассортимент одежды такой, что порой и не знаешь: а стоит ли все это покупать. Ребенок вырастит, возможно, даже не одев и части того,что вы приобретете. К тому же всегда стоит вопрос о том, что же лучше одеть. Сейчас уже никто не даст советов о том, что предпочесть. Думаем, многие из вас еще на ранних этапах ухаживания за ребенком столкнулись с проблемой того, а что же лучше: ползунки или пеленание. Не надо думать, что если малыш подрастет, то вопросов станет меньше.

Так уж издревле сложилось, что уходом за ребенком занимаются непосредственно женщины. И если о гигиене девочек многие из нас знают практически все, то как ухаживать за телом мальчика? Подмывание, протирание — все это естественно и понятно, а вот что делать с одеждой. Должна ли она быть такой же, как и та, которую используют девочки. Особенно глобально стоит этот вопрос для тех, у кого первый ребенок был девочка. Можно ли на мальчика одевать то же, что до этого носила девочка.

Оказывается, особых разграничений в одежде в первый период жизни малыша может и не быть, лишь после одежда начинает выполнять не просто защитную функцию, но и социальную: она необходима для того, чтобы ребенок научился правильно осознавать свою половую принадлежность. На начальном же этапе, выбирая одежду для мальчика, достаточно просто следовать некоторым советам.

1. Одежда должна соответствовать росту.

Это одна из причин того, что многим мамам советуют не покупать много одежды. Ребенок растет, а значит, много одежды ему все равно не понадобится. Поэтому покупайте одежды меньше, но так, чтобы она соответствовала параметрам ребенка. Наряды на вырост — это хорошо, однако такая может мешать ребенку начинать овладевать умением ползания, сидения и хождения. А одежда, которая жмет, будет создавать дискомфорт. Особенно обратите внимание на правильный побор штанишек для малышей. Преимущественно одежда должна быть из натуральных тканей, которые позволяют коже дышать.

2. Одежда должна быть по сезону.

Если вашему ребенку будет холодно — он сам вам об этом скажет. Перегревать низ мальчика так же, как и переохлаждать его, вредно. Поэтому не стоит одевать своего ребенка, как капусту, в трусики, гамаши, колготки и штаны. Прислушайтесь к тому, что он сам вам говорит. Если начинает хныкать — возможно, это не просто его капризы, а сигнал о том, что эта одежда ему не нужна. Позвольте ему самостоятельно выбрать то, в чем ему будет и комфортно, и тепло. К тому же большое количество одежды стесняют движение малыша. А если учесть, что мальчики очень подвижны, то в наряде а-ля капуста он будет усиленно потеть, что чревато впоследствии простудными заболеваниями.

Так что заведите правило: ребенка надо одевать по погоде, а не «на всякий случай». Если вы собираете его в садик, то лучше просто положить в пакет дополнительную одежду. Уже в течение дороги вы сможете понять, что ребенок замерзает, тогда на обратную дорогу или для прогулки в саду вы можете порекомендовать воспитателю проследить за тем, чтобы ваше чадо одели потеплее в то, что вы для его припасли.

3. Одежда должна быть удобной.

Пожалуй, с этим никто не спорит. Но в данном случае мы имеем в виду , которая вызывает не физический дискомфорт, а скорее психологический. Уже в период школьного возраста вы можете столкнуться с тем, что ваш ребенок, прекрасно сознавая, что без теплых штанишек под брюками он будет мерзнуть, однако надевать это нижнее белье наотрез отказывается. Причин может быть много: чаще всего вся проблема заключается в однокласснике, который любит посмеиваться над товарищами. Значит теперь объектом его насмешек стал ваш ребенок. Не стоит бежать в школу и разбираться — этим вы лишь усугубите ситуацию. Достаточно просто поговорить со своим ребенком и… приобрести ему брюки с утеплителем, которые не только сохраняют тепло, но и не позволяют вашему мальчику перегреваться в помещении.

Желтые советские панталоны, или Как победить бесплодие?

Мы знакомы с песочницы, а это значит – всю жизнь. Гуляли по тихой улочке в Ленинском районе, толкали перед собой коляску с моим младшим сыном. И как-то так плавно разговор перешел на детей и на проблемы деторождения. «Ну это же ужас! Муж чихнет – а я уже беременная!» — пожаловалась Маринка. «Да и я того… Плодородная житница», — поддакнула я, глядя на румяные щечки Бацана-младшего. «А знаешь, почему мы такие? Потому что мы носили панталоны!» — заявила Маринка.

Ох уж эти панталоны! Любая советская девчонка, которой сейчас около сорока, поймет меня с одного слова. Длинные. Обязательно с начесом (впрочем, встречались и летние варианты – облегченные). Сверху на бельевой резинке, снизу – на широкой трикотажной. Как правило, желтого цвета. Надевались они под личным контролем мамы. В школу, в магазин, и уж, само собой – на прогулку. Мы не видели смысла в этом предмете одежды, но даже не смели пикнуть против. А мамы были непреклонны. Наверное, им казалось, что так они берегут наше будущее Счастье…

Может быть, это всего лишь совпадение. Но среди всех моих ровесниц-подруг нет ни одной бесплодной. Ни одной! А вот у моей младшей сестры такие знакомые есть. Многие мои знакомые, девушки на 10-15 лет младше меня, вообще никогда не были беременными. Одна коллега как-то сказала, что у современных женщин всего две проблемы: зачать и родить. Ну надо же! Самое главное предназначение женщины у нас превратилось в проблему. Я, конечно, не преувеличиваю роль Панталон в жизни будущей матери. Но кое-что прогундеть хотелось бы.

Сегодня гуляла возле школы. Не возле парадного крыльца, а на задворках. И вижу картину маслом: стоят и курят ЧЕТЫРЕ группки девчонок лет по 14-15 и всего ОДИН пацан! Причем, девочки на ходу, жестом заправского курильщика достают из карманов пачки с сигаретами, очень по-деловому закуривают. Видно, что делают они это не за компанию, не из желания покрасоваться перед мальчиками, а именно автоматически – потому что ХОТЯТ курить. Ну и скажите мне, какие после этого могут быть панталоны?

Вот бегут они на уроки – на тонких ножках, в джинсиках с заниженной талией, с голыми животиками… И зимой так бегали. А что – красиво и модно!

Бедные малышки. С наклеенными ресницами, с пирсингом, вечно худеющие, одетые по непонятно кем придуманной моде… С бутылкой пива в руке. С презервативом в кармане. Когда соберутся больше двух – обязательно с матерком. Циничные. Якобы взрослые. Якобы самостоятельные… Взять бы вас, да шлепнуть хорошенько. Да панталоны в руки! Но, похоже, родительский авторитет износился, истлел, устарел, как те самые Желтые Советские Панталоны…

Эмо. Море. (часть 4)

Море.

Тетя Галя, взяла у мужа на фирме минивэн, и мы вчетвером сидели позади. Там были два ряда сидений повернутых друг к другу, между ними столик. Я любил поездки на переднем сидении, поэтому сразу забрался на переднее сидение. Выехали мы очень рано, поэтому девчонки сразу уснули, как только машина тронулась. Тетя Галя долго молчала, а потом вдруг тихо спросила:

— Саша, ответь мне, только чесно. Я не буду смеяться, я не буду тебя стыдить и уж конечно никому не скажу.

Я напрягся и начал вспоминать, что я такого натворил в последнее время

— Саша скажи, ты что хочешь быть девочкой?

Я выдохнул с облегчением.

— Да. Я уже начал вспоминать, что я натворил в последнее время.

— А ты что, что-то натворил.

— Нет! Вы что.

— Ладно. Но ты не ответил на мой вопрос.

— Нет, что вы. Я мальчик. Мне нравится быть мальчиком.

— Почему же в последнее время я все чаще вижу тебя в девичьей одежде. Ты даже на пляж в купальнике ходил несколько раз.

— Да нет. Я просто… Мне просто очень нравится Маша. Мне нравится ей подыгрывать что-ли. А с купальником, первый раз это просто стечение обстоятельств, а во второй мне некуда было деваться. Я же не мог выйти на пляж как мальчик, но со следами от купальника. Понимаете мне очень нравится Маша. Раньше я считал ее сестрой, а сейчас мне кажется что она больше чем сестра.

— Сашка я тебя люблю, — раздалось сзади, и кто-то поцеловал меня в щеку.

— Машка, негодница, нехорошо подслушивать, — сказала тетя Галя, — брысь на место.

— Как же ты собираешься выходить из положения с загаром на море.

— Ну я надеюсь, что в это время будет мало людей, и я смогу загореть как мальчик.

— Ну ладно. Сейчас остановимся на заправке позавтракать и перебирайся назад к подружкам.

Дорога была длинной и утомительной. Мы ехали весь день. Где-то ближе к вечеру, мы долго ехали не встречая ни одной заправки. Люда с Любой начали ерзать, было видно что они хотят в туалет.

— Мама, остановись где нибудь, мы писять хотим.

— Я что говорила на заправке.

— Тогда не хотелось.

— Придется под кустиком писять.

— Да хоть под камешком. Я уже не выдерживаю.

Я особо не задумываясь, выбежал с девчонками и уселся вместе писять.

— Ну вы друзья даете, — усмехнулась тетя Галя.

Я почему-то покраснел, и опустив лицо сел в машину.

Приехали мы поздним вечером, уже в глубокой темноте. Домик был нам с Машей знаком, мы здесь останавливались последние несколько лет. Там были две комнаты и маленькая кухня-веранда. В одной комнате жила обычно тетя Галя, а в другой мы с Машей. Домик был хорош тем, что его со всех сторон окружала живая изгородь, и возле каждого домика был небольшой дворик защищенный от посторонних взглядов.

— Значит так, девочки-мальчики, спать будете все на полу в спальных мешках. Диван не трогаем, чтобы никому небыло обидно. Быстренько помойтесь, умывальник на улице, желательно полностью помыться после дороги.

Мы сбросили с себя скудную одежду, и похватав полтенца голышом выбежали во двор мыться.

— Да…… Я в вашем возрасте стеснялась доже при подружке голой показаться, — проговорила Машина мама, глядя как мы шли голышом, даже не пытаясь прикрываться.

— Ладно, укладывайтесь. Утром меня не будить, я очень устала. Маша сделаешь всем чай, и я положила в холодильник бутерброды. На море пойдем после обеда. Все. Спокойной ночи.

Как оказалось мы тоже устали, не только, тетя Галя. Я уснул, как только моя голова коснулась подушки.

Утро. Я проснулся. Тихонько не глядя по сторонам, я выбрался на крыльцо. Сначала я хотел одеться, но потом подумал что своим шуршанием в сумке, разбужу девочек, и в результате я сидел голой попой на крыльце наблюдая восход солнца. Было свежо но не холодно. Я сидел и мечтал, ничего не замечая вокруг. Вдруг кто-то обнял меня сзади, и Машин голос прошептал в ухо.

— Ты правда меня любишь?

— Люблю, — прошептал я, как будто боялся кого-то спугнуть.

Маша уселась своей голой попой мне на колени, и поцеловала в губы.

— А нас, — раздались голоса Люды и Любы.

— Как вас можно не любить, — рассмеялись мы с Машей.

— Что делаете?

— Ничего, наблюдаем восход солнца, садитесь рядышком.

Теперь мы вчетвером наблюдали восход.

— Ладно, пошли завтракать, — сказала Маша, поднялась и направилась в дом.

— Ой.

В двери стояла тетя Галя и с улыбкой наблюдала за нами. Одета она была в какую-то легкомысленную пижамку. Верх напоминал толи свободный топик, толи пелеринку на лямочках. Он еле еле прикрывал ее грудь. Пижамные трусики были как тот топик, одновременно маленькими и просторными. При большом желании можно было увидеть и грудь и письку. Маша и я с детства были привыкшими. А для Люды с Любой это был небольшой шок. Правда справедливости ради сами они тоже были одеты не лучше, точнее совсем не одеты.

— Мама. Ты ведь собиралась долго спать.

— Да разве тут можно спать. Тут спать вообще преступление. Давайте позавтракает, и немного поработаем тут, а после обеда пойдем на море искупаемся.

— Хорошо, тетя Галя, мы только оденемся, — сказала Люба.

— Зачем? Вам плохо голышом? Вы меня стесняетесь? Ходите голенькими, когда такая возможность появится.

Мы позавтракали. Потом разбирали вещи. Вынесли во двор столик со стульями, шезлонги для загорания. Маша нашла за домом старую жестяную ванночку, в которой нас с ней когда-то купали. Мы вымыли ее и наполнили водой и оставили в солнечном месте. За этой суетой незаметно пролетело время. Мы перекусили и собрались на море. Мы так привыкли к «голому состоянию» что чуть было не вышли в чем мать родила за ворота. Спасибо Машиной маме, вовремя остановила. Девчонки одели купальники, я хотел было одеть купальные шорты, но Маша меня остановила.

— Ты собираешься одеть это уродство.

— Ну у меня нет других плавок, мама только это положила.

— Подожди.

Маша убежала, через минуту вернулась держа в руках плавки от ее купальника. Невзирая на мои протесты, она натянула на меня их.

— Скажи мама так лучше.

— Лучше или нет не знаю, но удобнее купаться наверно. В принципе не очень то они отличаются от мальчиковых. Но советую, Саша, одеть футболку, пока по улице будем идти, все-таки следы загара очень видны. Мне сказали, что мы тут дня три – четыре одни будем, а за это время ты загоришь полностью.

Действительно, пляж был полупустым, только с ближнего края было несколько бабушек с внуками не старше лет семи. Как всегда эта малышня в основном была голопопой. Было несколько пар, в общем пляж был пуст.

Мы направились в дальний край край пляжа. Тетя Галя постелила подстилку, и не изменяя себе сняла верх купальника, оставшись топлес. А мы бросились в море.

На следующий день, глядя на маму, верх купальника сняла Маша, а за ней после купания решились и Люда с Любой.

Во второй половине дня, Люба затеяла разговор, которого от не мы точно не ожидали. Самая стеснительная из нас, Люба, вдруг сказала.

— Девочки, пока никого нет, давайте купаться голенькими, — выдавила из себя Люба и покраснела до ушей.

— Ну ты даешь, — сказала Маша.

— Почему бы и нет, — тихо сказала Люда.

— Надо у тети Люды спросить, — добавил я.

Мы подошли к подстилке.

— Мамочка ты не будешь против, если мы совсем разденемся?

— Как хотите, если помнишь вы еще в позапрошлом году здесь голяка рассекали. Но помните, разделись так разделись, если будете при каждом прохожем одеваться, ничего хорошего не будет. Ну ладно мои, Машка с Сашкой, так сказать нудисты со стажем. А вы Люба согласны?

— Мамочка, это Люба и предложила.

— Даже так, тогда чего ждете, раздевайтесь.

Все-таки 15 лет, это не 13. Снять плавки на общем пляже оказалось сложнее чем я думал. Тетя Галя, наверняка, это понимала, потому что с улыбкой наблюдала за нашими мучениями. Самой смелой опять оказалась Люба. Она сняла трусики и гордо направилась в море. Я тоже снял плавки, и тут же побежал в воду, потому что мой писюн начал предательски подниматься. Скорее всего это было от волнения, потому что больше на пляже таких казусов со мной не случалось. За нами разделись и Маша с Людой. Мы очень быстро привыкли к своей голопопости. Хотя на нас уже обращали внимание. Все-таки у девочек уже была грудь, конечно это не грудь взрослой девушки, но и не подростковая припухлость, да и у меня писюн хоть и напоминал детскую пипиську, но было видно что я взрослею. Вечером Люба удивила нас еще раз. Мы уже укладывались когда Люба краснея проговорила.

— А давайте вообще не брать купальники на пляж, чтобы не было соблазна одеть.

— Ты что же предлагаешь на пляж голышом идти!?

— Да нет, зачем, можно например платье одеть без трусиков и лифчика.

— А Саша?

— Ну, например, в одних шортах.

— Ну Люба ты даешь. Никогда бы не подумал что ты на это способна. Я вообще думал тебя два дня уговаривать придется.

— В тихом омуте, — рассмеялась Люда.

На пляже, Люба первая скинула легкий сарафанчик, под которым ничего не оказалось, тетя Галя только усмехнулась тихонько. День прошел просто замечательно. Я как будто снова вернулся в детство, когда можно было разгуливать голышом, не особо озираясь на мнение окружающих.
Тетя Галя предложила вечером съездить в ближайший городок, сходить в кино, посидеть в кафе.

— Здорово, — восхитилась Маша.

— Мамочка ты будешь не против если с нами пойдет девочка Саша, — хитро добавила она.

— Да, а то я уже соскучилась по Саше., расмеялась Люда.

— Ну тогда двигаем домой, я так понимаю собираться вы будете долго?

— Да, мамочка, только ты пожалуйста не заходи, пусть будет сюрприз.

Перед Машиной мамой стояли четыре девочки, все в разноцветных просторных топиках которые только-только прикрывали грудь, две, Маша и Люба, были в минишортиках, а две других, Саша и Люда, в коротких юбочках. В пупках висели сережки, нам впервые удалось их одеть, на море мы оставляли только колечки. На головах у нас было по два хвостика, как у маленьких девочек, только волосы были раскрашены во все цвета радуги. Тетя Галя потеряла дар речи и только смогла проговорить

— Что вы сделали с волосами.

— Мамочка не волнуйся, эта краска элементарно смывается водой.

— Да? Ну ладно, поехали.

Мы побежали к машине. Ветер подня мою юбку, мне нравились эти ощущения, я всегда думал что мир несправедлив к мальчикам, которым нельзя носить юбку. Тетя Галя оказывается внимательно следила за мной, я это понял в дороге, когда она спросила.

— Мне кажется, ты не первый раз в коротенькой юбке выходишь?

Я покраснел.

— Я смотрю вы все аккуратно сделали, мне краснеть не придется. Никто не вычислить в тебе мальчика.

— Нет. Меня даже на пляже все за девочку принимали.

— Ну смотрите.

— Вы только моей маме не рассказывайте, пожалуйста.

— Я то не расскажу, вы сами не проговоритесь.

Вечер был незабываемый. Сначала кино, потом парк аттракционов. На нас заглядывались. Я вдруг заметил, как пацаны смотрят на взлетающую юбку. Я вдруг понял, что мне это нравится. Я ловил их восхищенные взгляды, когда я был на карусели, и я не делал ничего, чтобы скрыть попу. Маша хитро улыбнулась.

— Саша, я ревную.

— Почему, — попытался сыграть в дурака.

— Да ладно, я же вижу как ты флиртуешь.

— Это так заметно?

— Ну конечно.

— Маша, это неправильно, наверно я какой-то неправильный.

— Саша, не дури, ты самый правильный мальчик на свете.

Вечер был незабываемый. Только вот мне пришлось терпеть, и не пить никаких напитков. Я не мог попасть в туалет, не разрушив так сказать «конструкцию».

Заезжая во двор, я увидел освещенные окна соседнего домика.

— О, смотрите, у нас соседи появились.

— И не одни, вон еще несколько домиков светится.

— Завтра увидим соседей.

Утром мы с Машей сидели на крыльце, Люба с Людой возились в доме. Мы решили сегодня не ходить на море с утра, поэтому сидели и болтали о всякой ерунде. Так как идти никуда не нужно было, мы и не утруждали себя одеванием. Как спали голышом, так и вышли на улицу. Вдруг кто-то постучал в калитку между домами.

Я не рассказывал, но между домиками в изгороди были сделаны калитки, у которых были засовы с двух сторон. В одну из этих калиток кто-то стучал. Маша поднялась и подошла к калитке.

— Кто там?

— Мы ваши соседи, — раздался девичий голос, — хотели бы познакомиться.

Маша открыла калитку. Мы настолько свыклись с нашей обнаженностью, что она стала как бы естественным состоянием, поэтому Маша как была голышом, так и предстала во всей красе перед девочкой, примерно нашей ровесницей, одетой в спортивные трусы и майку. Девочка пристально посмотрела на Машу, и немного удивленно произнесла

— Маша?

— Таня?, — не менее удивленно произнесла Маша.

— Офигеть.

— Сколько лет мы не виделись, Сашка иди сюда посмотри кто приехал.

Я подошел. Таня удивленно окинула меня взглядом, но не удержалась и обняла.

— Сашка, как я рада вас видеть. Я смотрю вы не изменяете своей традиции. Продолжаете нудить.

— Это в этом году нас пробило. В прошлом мы были послушными и купались в купальниках.

— Вы что же и на пляже вот так ходите.

— Да.

— А окружающие?

— Не обращаем внимания.

— Я тоже хочу. Ваня иди сюда смотри какие у нас соседи.

Подошел мальчик в одних спортивных трусах, удивительно похож на сестру.

— Привет. Ну вы даете.

— Заходи во двор, не стойте в калитке, — сказал я.

— Вань, ты как не против раздеться?

В этот момент дверь дома открылась, и на улицу вышла Люда, естественно голышом. Увидев незнакомых людей, она ладошкой прикрыла писю, второй рукой грудки и воскрикнула.

— Ой.

— Не бойся это наши друзья, ну что вы раздеваетесь, рассмеялся я.

— Да. Конечно. – проговорила Таня и через минуту, майка и трусы валялись на лужайке, и перед нами стояла голая девочка.

— Ну а ты, что.

— Давно меня голым никто коме Тани не видел, сказал Ваня, снимая трусы, — тот год был последним, когда мы купались голышом на общем пляже. Больше родители не разрешали, только если были в укромном месте без посторонних.

— А мы еще год голопопили, а в этом году решили повторить. Присоединяйтесь. Родители разрешат?

— Мамы нет, а папу думаю удастся уговорить, тем более если увидит вас.

— Это Люда, а вот и Люба, — Маша показала на Любу, которая тоже воскрикнула Ой и инстинктивно прикрылась.

— Вашего полку прибыло, — раздался голос тети Гали.

Теперь уже инстинктивно прикрылись Таня и Ваня.

— Да ладно, вроде я Вас голышом не видела. Ведите, поздороваюсь с вашим папой.

Таня потянулась было одеться, но тетя Галя сказала.

— Ладно, если собрались голопопить, так продолжайте, сейчас вашего папу обработаем, Маша пошли со мной.

В соседнем дворе возле машины возился мужчина.

— Папа, — робко промолвила Таня, пытаясь спрятаться за тете Галю.

— Да, — ответил мужчина поворачиваясь, — Таня это что за вид, где твоя одежда?

— Привет Коля, — произнесла тетя Галя. – забыл как наши дети голопопили на пляже.

— Йо мое, Галя. Привет. Сколько лет Как дела, заходи.

Он глянул на Машу потом на меня.

— Совсем как мои. Что не стыдно голышом.

— Не. Прикольно.

— Ты что же, тоже хочешь понудить? – обратился он к Тане.

— Ага, — покраснела Таня.

— Ну ты же знаешь меня, хочешь ходить без трусов – ради бога. Мама бы спорила, но ее нет.

— Спасибо папочка.

— Галя, надо отметить встречу. Ты присмотришь за моими оболтусам на море, а я пока в город мотнусь, все для шашлыков куплю.

— Ладно, у меня тут четверо, плюс два, погоды не сделают.

Пляж с каждым днем наполнялся. Когда наша компания начала раздеваться, мы сначала не привлекли внимания. Только сообразив что у девочки, снимающей сарафан, под ним ничего нет, на нас стали обращать внимание, но особого ажиотажа не наблюдалось. Пуритане, так сказать, традиционно размещались с другой стороны пляжа. Мы искупались и теперь лежали, болтали и наблюдали за пляжем.

Наблюдать было за чем. Начали появляться семейства с детьми, и естественно ближе к нам располагались те семейства, которые считали что их чада могут и должны отдыхать голышом, по крайней мере пока не начали появляться волосы в интимной зоне. Дети не всегда разделяли мнение родителей. Было интересно наблюдать разные моменты жизни. С дошколятами проблем не было, их просто раздевали догола без слов и отправляли гулять шлепнув по попе. Первоклашки и второклашки иногда сопротивлялись но и это заканчивалось победой родителей. С детишками постарше уже начинались проблемы, десятилетние дети начинали стесняться и любыми путями пытались сохранить на себе трусики, конечно не все. Один мальшичка лет 10 искупавшись в плавках прибежал к маме со словами: Мамочка можно я сниму трусики. Иногда на пляжах разыгрывались целые трагедии.

Я наблюдал за отдыхающими, когда на пляж пришли мама с сыном лет 11 не меньше. Мама постелила подстилку недалеко от нас, поэтому мы прекрасно слышали весь разговор. Мальчик снял футболку и шорты и остался в одних беленьких трусиках с каким-то рисунком впереди. Трусики были явно девичьи, да еще и рисунок, то что я принял за Микки Мауса, при ближайшем рассмотрении оказалось Минни Маус, на голове у нее был красный бант в горошек. Мальчик явно стеснялся этих трусиков и стремился от них избавиться.

— Мама, достань мне пожалуйста плавки, я переоденусь.

— Какие плавки, Коленька, мы не брали для тебя плавки, мы договорились что ты будешь загорать голеньким.

— Мамочка, мы говорили что я буду голым если рядом будут голые дети моего возраста.

— Ну посмотри, здесь много голеньких детей.

— Да нет, это все мелюзга, а мне уже 11 лет.

Действительно на пляже самым взрослым голым ребенком была девочка лет 8-9. Колина мама сознательно хитрила, и она еще сделала одну вещь, которой частенько пользовались многие родители, которые «забывали» купальники дома, а своим детям вообще не надевали трусики под верхнюю одежду, или вот как сейчас, на Коле были откровенно девичьи трусики, которых он стеснялся больше чем купаться голышом.

— Да вот же девочка голенькая гуляет и совсем не стесняется.

— Мама, ей же не больше 8 лет, а мне 11.

— Так, хорошо, если ты такой стеснительный, ходи в трусиках.

— Мамочка, все смеяться будут, они девичьи, я тебе всегда говорил. Можно я оденусь и сбегаю за плавками.

— Еще чего, — начала злиться мама, — или эти трусики или голенький. Но учти, если в трусиках, то так и домой пойдешь.

Коля явно стеснялся загорать голышом, но перспектива ходить в этих трусиках пугала его еще больше.

— Ну чего думаешь, в прошлом году голеньким купался и ничего. Никого из знакомых здесь нет, так что давай трусики и беги купайся.

В конце концом, Коля снял трусики и побежал в море. В это время на пляже появилась женщина с двумя девочками, одна ровестница Коли в красивом сплошном купальнике в цветочек, а вторая лет пяти в простеньких белых трусиках. Она увидела нашу мамашу и подошла к ней.

— Валя, привет и ты здесь.

— О подруга здравствуй, да я здесь с Колей, он купаться убежал. Располагайтесь рядышком.

Женщина постелила покрывало и позвала меньшую девочку.

— Мариночка, снимай трусики.

— А Карина.

— Ну Карина уже купальник носит.

— А почему в прошлом году она тоже без трусиков бегала.

— Ну она была еще маленькой, а теперь ей 11 лет.

Мама сняла трусики с Марины и спрятала их в сумку. Карина сидела на подстилке расстегивая сандали. Она явно гордилась тем что ей уже не нужно тусить голышом на общем пляже. Ситуация становилась интересной, Карина явно была одноклассницей Коли. Она наконец сняла сандали и встала с намерением пойти купаться и тут увидела перед собой голого Колю. Коля оцепенел от неожиданности, не в состоянии произнести ни слова. Он мгновенно покраснел. Карина была наверно очень язвительной девочкой, потому что сразу начала доставать Колю.

— О привет Коля. Смотри какой мне купальник мама купила. Ой извини я не заметила что ты голенький, тебя что на второй год оставили. Тебе мама не разрешает купальники носить. Девчонки в классе обрадуются что у нас малыш есть, который в 11 лет голенький с малышами бегает.

Коля покраснел еще больше.

— Мама, можно я одену тру……….

Коля глянул на подстилку. Мама не успела спрятать Колины трусики, и они лежали на подстилке рисунком вверх. Карина посмотрела на эти трусики и обрадовалась еще больше.

— Ой какие хорошенькие трусики, у меня тоже такие есть, у меня еще розовые есть, а у тебя розовенькие есть? Я всем девочкам скажу что тебе нравятся такие же трусики как и нам.

На Колю было жалко смотреть, очевидно было что мама ему купила не только бельнькие трусики. Тут Карина посмотрела вниз на Колин писюн. После холодной воды он стал совсем крохотным не больше 2 см, а яички спрятались в паху и их совсем не было видно. Карина наверняка понимала, что перегибает палку, но остановиться не могла, вредность побеждала.

— Ой какая маленькая писечка, даже меньше чем у того мальчика, — она показала пальцем на мальчишку лет 7, — нужно будет у мальчишек с класса пораспрашивать, у тебя наверно самая маленькая писечка в классе?

У Коли на глазах появились слезы. Было понятно, что если Карина все это расскажет, он останется «бабой» до конца школы, и то что он был одним из самых сильных мальчиков, ему не поможет. А Карина продолжала хохотать. Она не видела выражение лица своей мамы. Громкий окрик мамы прервал этот смех. Карина поняла что сейчас последует наказание.

— Карина. А ну подойди сюда.

— Да мамочка.

Карина постаралась изобразить самый виноватый голос, но нет-да-нет у нее прорывался смех. Не так просто остановиться после удачной шутки. То что шутки были удачными, Карина ни минуты не сомневалась. Она не собиралась ничего рассказывать в школе, казалось что Коля был ее другом, она хотела только немножко поиздеваться над мальчиком, просто из вредности. Но ее мама этого не видела, поведение Карины все больше выводило ее из себя, и наказание не заставило себя ждать.

— Ты что же себе позволяешь, я думала ты дружишь с Колей, а ты …

— Мамочка, я …..

— Помолчи, ты уже все что хотела сказала. Ты забыла как в прошлом году здесь голенькая с Колей игралась. Он позволил хоть раз над тобой посмеяться?

— Мамочка, он ведь тоже ………..

— Помолчи. Все ты меня достала.

— Подойди сюда.

Каринина мама встала, подошла к дочке, и одним уверенным движением сдернула с нее купальник.

— Мамулечка, закричала Карина.

Она сначала попыталась прикрыться ладошками, потом наклонилась и лихорадочно попыталась натянуть купальник. Но ее мама наступила на купльник ногой, потом наклонилась к Колиной маме и что-то прошептала той на ухо.

— А ну перестань истерить замолчи и стань ровно и даже не пробуй прикрываться, а то сейчас отшлепаю на виду всего пляжа.

— Коленька подойди, и стань рядом.

Коля начал успокаиваться, подошел и стал рядом. Перед подругами стояли два голеньких подростка – мальчик и девочка. Колина мама подняла телефон и сделала несколько снимков.

— Значит так, дочь, если ты хоть слово скажешь в классе, эту фотку увидят все твои одноклассники. Это первое. Второе. Ты лишена купальника на все лето. Никаких купальников, никаких трусиков, только голышом.

— А как же домой идти? Я не брала никаких вещей с собой.

— Ничего пойдешь в трусиках, я взяла.

— И ты Коля пойдешь рядом в одних трусиках, чтобы даже желания насмехаться небыло, — добавила моя мама.

— А теперь можете искупаться или поиграть в песочке.

Так они и ушли домой два подростка в трусиках, один в беленьких другой в розовых, а рядом голенькая Марина. На следующий день их привели на море, Колю в шортах Карину в коротеньком сарафане, под верхней одеждой ничего не было, наверняка чтобы прекратить любые попытки вернуть себе пляжную одежду.

Через пару дней на пляже появилось несколько ровесников Коли и Карины, но эти ребята видно были научены горьким опытом и не пытались дразнить наших голышей. Было видно что они жутко стесняются своей обнаженности, но мамы были непреклонны.

Вскоре появилась еще одна девочка лет 11, которая сама разделась догола. Потом приехала шумная компания с кучей детей, наверно штук шесть, были и две девочки, ровесницы Коли, которых заставили оголится, ставя в пример наших наказанных. К концу нашего отдыха было много голеньких детей, был даже мальчик лет 13, который тоже отдыхал без трусов, ни мало не смущаясь.

Дома мы сбросили одежду, помылись пресной водой, и как были голышом подошли к мангалу, где дядя Коля с тетей Галей занимались шашлыками с бокалами вина.

— Ну что голая компания, еще пять минут. Е-мое, была бы жива ваша мама, получили бы вы вместе со мной за свой голый вид.

— Коля, а что с женой?

— Рак.

— Сочувствую.

— Спасибо, мы уже с ребятами приспособились втроем.

Шашлык был фантастическим.

Следующим утром, к нам во двор зашли ребята, калитку уже никто не закрывал.

— Родители наверняка будут дрыхнуть до обеда, я где-то часа в два выбегал пописять, — сказал Ваня, — они еще сидели возле мангала разговаривали. Чем займемся.

— Есть дело, — сказала Маша, — я еще вчера обратила внимание что у вас там волосы появились. Пошли убирать.

— Зачем, — спросил Ваня.

— Посмотри на нас, попробуйте.

Маша взяла руку Вани и приложила к своему лобку. Я, не отставая от нее, также поступил с Таниной рукой.

— Здорово. Как гладенько. Как в детстве. А вы удаляете волосы.

— Да.

— А я думала у вас не растет.

— Растет. Ладно пошли. Люде с Любой мы удалили кремом, но его нет, придется выщипать пинцетом.

— А это не больно.

— Ничего, потерпите, красота требует жертв.

Мы в четыре руки точнее в восемь рук быстро повыдергивали лишнюю растительность у Тани с Ваней. Кстати тетя Галя сразу обратила внимание, а дядя Коля по-моему так и не заметил. Нам пришлось вытряхнуть на улице нашу постель. Я еще не рассказал, что наши спальники были как одеяла. Спать в спальных мешках было жарко, поэтому мы просто расстелили их на полу, а укрывались простынями.

— Здорово тут у вас устроено, — позавидовала Таня.

— Так перебирайтесь к нам.

— А тетя Галя будет не против?

— Лишь бы дядя Коля не возражал?

Таня с Ваней таки перебрались к нам. Теперь мы вспомнили наши старые игры, и теперь мы пытались ласкать друг друга не только руками но и ртом. Тетя Галя проводила много времени в компании дяди Коли, так что и у нас было время свободное от опеки родителей.

Несколько раз мы выезжали в город, в кино и на атракционы, но теперь я не переодевался в девочку. Тетя Галя сказала что дядя Коля не поймет шутки и лучше не рисковать. Я каждый раз вспоминал тот вечер в юбке, и мне чего-то не хватало.

Однажды уже перед отъездом, мы устроили фотосессию. Мы долго не знали как ее сделать, мы даже не рискнули сказать никому из взрослых, потому что решили наделать откровенных фоток. Решение пришло само собой, мы просто решили прогуляться по окрестностям.

Девочки одели купальники, мы с Ваней шорты, но девчонки уговорили Таню взять запасные плавки от купальника. И только-только мы отошли от окраины села, как сразу с Ваней сняли шорты и одели плавки от купальника. Правда его пришлось уговаривать. Он не знал что ему предстоит. Фотографировали не на телефон, а на цифровую камеру, так что снимки получились суперовые.

Мы прошли какую-то посадку и сразу скрылись от любопытных глаз отдыхающих. Перед нами была пустая дорога с кустами на обочине с одной стороны, вдалеке виднелась еще одна посадка.

— Разденемся?

— А если кто-то по дороге будет ехать.

— Спрячемся в кустах.

Мы по очереди разделись тщательно фиксируя все на камеру.

— Маш, посмотри, сзади я не могу отличить где Таня а где Ваня.

— Я тоже, вот найдем укромное местечко, и переоденем вас с Ваней.

Мы двинулись по дороге, сняв небольшой ролик, как мы идем, голенькими. Несколько раз проезжали машины, но мы успевали спрятаться. Нам понравилось прятаться и мы сделали несколько постановочных фото и испуганными лицами и прикрытыми письками, получилось здорово.

От основной дороги отделилась проселочная и повернула в сторону моря, мы повернули с ней. Дорога шла вдоль обрыва, и нам хотелось спуститься к морю, но мы не знали как. Вскоре мы обнаружили крутой спуск и свернули к морю. Спуск шел между густых кустов, дорога заросла густой травой. След от колес был, но казалось давний, поэтому мы расслабились и продолжали спускаться.

Вдруг мы вышли на небольшую поляну, где стояли две машины и было несколько палаток Между двух деревьев была натянута веревка, на ней развешивала белье молодая женщина в одной футболке.

— Ой, — воскрикнула она, инстинктивно прикрыв ладошкой писю, увидев что мы голышом, расслабилась, — вы откуда, и куда направляетесь.

— Мы с …., гуляем, свернули искупаться.

— Спускайтесь, у нас хороший пляж.

— Спасибо но мы немного пройдем вдоль берега, не будем вам мешать.

— Вы голышом прямо с …. Идете, или только что разделись.

— Не мы гуляем голышом.

— Не боитесь, что увидят.

— Нет, мы прячемся.

— Удачи Вам

— Спасибо.

Внизу действительно был маленький пляжик, заполненный голыми людьми. Мы поздоровались и пошли вдоль берега. Вскоре нам попалось что-то вроде небольшой бухточки с крошечным пляжиком. Нам больше и не нужно было. Сначала мы все оделись, только теперь мы с Ваней тоже одели сарафаны. Небольшая манипуляция с волосами и вот, перед вами шесть юных девушек. Теперь началось раздевание. Каждую из нас фотографировали в отдельности. Особое внимание было уделено процессу снимания трусиков мной и Ваней, когда из трусиков появлялась пиписька, и девочка превращалась в мальчика.

Потом была основная фотосессия. Как мы только не фотографировались. Начиная от скромных фотографий, на которых было видно что мы голенькие, но никаких интимных подробностей рассмотреть нельзя было, до самых развратных с раздвинутыми ножками, раком и стоящей писькой. Были фотки вдвоем, втроем, целующимися, и целующие и интимные места в том числе, на берегу и в море.

Расставаться как всегда тяжело, но нынешний электронный век не давал нам забыть друг друга.

Автор публикации не в сети 1 месяц

За полученные тройки мать мягко журила, а отец, полагавший, что некая строгость все-таки требуется, укладывал перед ужином дочку поперек колен, спускал трусики (высокие панталончики с начесом, с неизменными бодрыми утятками и мишками, прочее нижнее белье мама считала прямым путем к таинственным и опасным воспалениям), и, сердито ворча, шлепал неудачницу. После этого она отправлялась ждать ужина в углу кухни, повернувшись носом к стене и выставив на всеобщее обозрение отшлепанную розовую попку, которая просто сияла между зажатыми у колен трусиками и задранным халатиком, который она придерживала у груди. Володя и Рома, пацаны вообще-то не злые, всем сердцем желали Лизе двоек за год!

Однако вскоре случилось событие, поставившее в тупик родителей Лизы. Папа должен был отправиться в командировку, а мама должна была поехать на родину, что бы проследить за отправкой вещей в столицу. Но как быть с малышкой? После некоторых раздумий соседке была предложена крупная сумма, что бы на время отсутствия родителей Лизе уделялось прежнее внимание и забота. Сумма была такова, что мама мальчиков, если и считала поведение новых соседей странным, предпочла оставить свое мнение при себе, а в школу провожать ее должны были Володя и Рома. Поскольку Лиза поневоле стала соученицей мальчиков, только на класс младше Володи.

В первый день соседка действительно вернулась домой пораньше, покормила детей, наполнила ванну, и крикнув «Лиза, иди, мойся!», посчитала свой долг исполненным. Уже на следующий день она оставила обед и ужин в холодильнике, и решила задержаться на работе допоздна, к тому же, как раз сейчас ей представился шанс устроить свою личную жизнь! Все это было только на руку ее сыновьям. Стоит ли сомневаться, что процедуры были проведены по полной программе! Сперва девочку усадили на унитаз, и братья с удовольствием разглядывали подробности анатомии, доступные наблюдателю в такой позиции. К тому же они без конца с насмешкой понукали девочку, и окончательно почувствовали себя хозяевами положения. Затем последовала клизма, в которой, понятно у братьев не было никакого практического опыта, так что они с увлечением извазюкали всю Лизину промежность в вазелине, а вместе с водой накачали в ее прямую кишку столько воздуха, что весь ужин развлекались громкими звуками, которые та непроизвольно испускала: без участия голосовых связок. Потом они стали ее мыть, и уж особое внимание уделили ее влагалищу, прикрытому по детски пухлыми губками. Они так долго елозили по нему и мусолили нежные лепестки, что перед тем как одеть пижамку, Лиза пожаловалась — «Щиплет!». Впрочем, она же и подсказала им выход — мама в таких случаях мазала писечку детским кремом. Так и не надев пижамные штанишки Лиза вернулась в свою комнату, где достала большую корзинку, и подала ее мальчикам. Чего там только не было! И детские крема нескольких сортов, и три баночки с присыпками (это для моей попочки, спокойно объяснила им Лиза), и масло для малышей. Ребята опробовали на пострадавшей писечке все подряд. Наконец гигиенические процедуры были закончены, Хрюша и Степашка попрощались со своей преданной зрительницей, и Лиза безропотно отправилась в кроватку.

Опасное лето

Категория: Подростки

Лесная лань

Название: Опасное лето

Когда это случилось, мне было 12. Летом я жила на даче у бабушки и познакомилась там с соседскими девочками. Обычно мы тусовались вчетвером. Верховодила нами Маша, 14-летняя школьница, у которой уже оформилась грудь — предмет нашей зависти. Мне, как я уже говорила, было 12, Свете — 10, а Наташе — только 7. Будучи предоставлены сами себе, мы собирались на чердаке бабушкиного сарая и играли в карты, иногда даже в куклы. Но самыми интересными, конечно, были те игры, о которых не знали взрослые.

Началось все с того, что Маша появилась в новой футболке, подчеркивающей ее формы. Она заметно гордилась тем, что выглядит взрослее нас, поэтому сегодня она еще и накрасила губы и ресницы.

— Ух ты! — сказала я. — Такая взрослая… Когда уж у меня такие вырастут.

— Ничего, когда-нибудь обязательно! — утешила меня Маша. — У тебя уже начинают расти, по-моему.

— Ничего не начинают! — пожаловалась я и в доказательство задрала майку. Там действительно пока похвастаться было нечем, моя грудь только начала немного выдаваться вперед, но ходила я все еще без лифчика. Мои соски были светло-розовые, мягкие, еще совсем детские.

— Да нет, у тебя уже больше, чем у меня! — вмешалась Света и сняла майку. У нее и правда не было даже следа груди, как у мальчишки.

— Это ничего, — рассудила Маша. — У вас обеих зато уже наверняка растут волосы на письке, ведь правда?

— У меня да! — закричала я, довольная тем, что мне есть чем похвастаться. Волосы у меня в то лето и правда разрослись.

Все это время Наташа сидела, не понимая, о чем мы говорим.

— Как это волосы на письке? — наконец решилась спросить она. — У меня их никогда не было, разве они там должны расти?

— Ну да, — объяснила Света. — Просто ты еще маленькая, поэтому у тебя они еще не выросли. А у нас уже есть.

— А… можно посмотреть? — Наташино любопытство взяло верх.

— Запросто! — Света сняла трусы и села раздвинув ноги. Мы внимательно рассмотрели ее письку, покрытую тонкими негустыми волосиками, и я с удовольствием отметила, что у меня там волос гораздо больше. Естественно, и мне тоже захотелось продемонстрировать свои достижения, поэтому я тоже сняла трусы «за компанию», а за мной и Маша.

— Теперь и ты сними трусики, давай посмотрим, все ли у тебя там в порядке! — начали мы уговаривать Наташу. Она заметно стеснялась нас, поэтому долго не хотела раздеваться, но любопытство пересилило. И вот она оказалась совершенно голенькой. Ее маленькая писечка действительно была совсем детской, без волос, и верхние губки были очень плотно сомкнуты.

— Какая она у тебя… нежная! Можно потрогать? — спросила я.

Наташа сильно покраснела и тихо сказала…

— Ладно, только чуть-чуть.

Я присела на корточки перед Наташей и тихонько провела пальчиком по теплым, мягким безволосым губкам. Наташа вскрикнула и отшатнулась. \

— Что такое, больно? — испугалась я. Ведь я старалась потрогать ее как можно аккуратнее!

— Нет… я не знаю… как-то щекотно… но не совсем…

Тут в разговор вмешалась Маша, которая до сих пор молча наблюдала за нами.

— Так ты, Наташечка, уже совсем взрослая, получается! Если тебе приятно, когда там трогают…

Наташа явно не понимала, о чем идет речь. Мы со Светой посмотрели друг на друга, и я вдруг поняла, что Света уже знает то, о чем я в ее возрасте не подозревала. Действительно, некоторые места на теле были совсем непохожи на другие, если их потрогать. И Наташа сейчас узнала об этом впервые.

— Наташка, ты не бойся, это здорово, что тебе приятно, — сказала я. — Хочешь, я еще тебя потрогаю?

— Не знаю… — Наташка плотно сжала коленки, но одеваться не стала, и я поняла, что она очень хочет еще, но жутко стесняется. Маша тоже поняла это и сказала…

— Хорошо, мы не будем тебя там больше трогать, давай просто проверим, может быть, тебе везде приятно, когда трогают?

На это Наташа не нашла, что возразить. Маша положила ее на скамейку и тихонько провела пальцем по наташиной шее. Наташа поежилась и засмеялась…

— Щекотно!

— А как щекотно, как в писе или по-другому?

Наташа подумала.

— Нет, по-другому. Тут просто щекотно, а в писе как-то приятно.

— Хорошо, давай попробуем в другом месте.

Машин палец осторожно погладил Наташин совсем еще мальчишеский сосок. Она опять дернулась, но уже не так, как раньше.

— Здесь тоже щекотно, но и приятно тоже.

Маша осторожно прикоснулась кончиками пальцев к животу Наташи и стала перебирать пальцами. Наташка захихикала и закрыла живот руками.

— Подожди, потерпи, — строго сказала Маша и опустила руку ниже, там, где начиналась белая полоска незагорелой кожи.

Наташа вдруг перестала сопротивляться. Она продолжала хихикать, но уже не пыталась отодвинуть Машину руку.

— А как тебе здесь, щекотно? — спросила Маша.

— Нет… здесь хорошо… очень!

— Ну вот видишь, лежи, я тебя еще поглажу.

Маша начала тихонько щекотать низ Наташиного животика уже двумя руками. Наташа выглядела расслабленной и какой-то разморенной, как после горячей ванны. Ее щечки покраснели от удовольствия и остатков стыда, но она уже явно не хотела, чтобы мы прекратили свои эксперименты.

Тут Маша незаметно начала продвигать правую руку вниз. Наташа начала ерзать и извиваться, но по-прежнему не говорила ни слова. Наоборот, она выставила свой лобок наверх, чтобы Маше было удобнее.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *